Заблудил у нас молодой доктор.
Точнее, он никогда и не прекращал этим заниматься, но тут – сплоховал: завёл новую любовницу, не расставшись с двумя старыми. Все любовницы – наши медсёстры и одна врач.
Две эти обиженные девахи пошли к жене нашего Казановы и нажаловались ей на его непостоянство.
Жена и её матушка припёрлись ко мне в отделение и стали требовать вернуть подлеца в семью.
Стал я корить развратника:
- Далась тебе эта Надежда! Маленькая, корявая, худая…
- В.А.! А вы поговорите с А-овым, Б -овым, В- овым, и еще с десятком других мужиков из нашей больницы. Все они жён и детей побросали из за неё. Никто мимо Надьки пройти не может спокойно! А если из её рук что - то съесть или выпить – сразу находит морок: ничего не соображаешь и идёшь за ней, как пёс! Кстати. За ней в самом деле собаки – кобели бегают задрав хвосты. Я точно знаю - от неё ничем таким не пахнет, но собаки что - то чуют!
Не врёт бл@дун! И я сталкивался с такими женщинами. Вдохнёшь, прикоснёшься – и пропал! И вроде бы и не красавица , а тянет неодолимая сила. Пишут всякую чушь про феромоны, но нет никаких феромонов и чем такое объяснить – не знаю.
Рассказывал знакомый милиционер. Накрыли они, как им казалось, притон.
Пять мужчин жили с одной женщиной в двухкомнатной квартире. У женщины трое малолетних детей. Мужики эти ушли из семей. Бросили своих детей и ухаживали за детишками этой тётки, вели хозяйство: стирали, готовили, ремонтировали и пр. И мирно жили! Как уж они её делили – неизвестно, но ни драк, ни ссор в квартире не было. Мужики все – приличные люди: учитель, врач, два чиновника. Да что – врач, учитель. Пятый был священником!
Что их заставило жить так, а не иначе? Какие флюиды, гормоны, запахи?
И что я могу сказать нашему гулёне?
Все эти любовно – половые дела – непреодолимы и необъяснимы.
Что делать?
Уволить Надю? За что тогда?
Завязать всем мужикам члены бантиком?
Не знаю.

Не сомкнув глаз всю ночь я все-таки досмаковала очередную, уже четвертую книгу Джеймса Хэрриота. 
